Лиманская правда - главные новости твоего региона

В Покровском исправительном центре №79, куда, после решения суда, отправилась отбывать наказание Алена Зайцева,  рассказали, чем «новенькая» успела удивить прокурора, какую работу ей предстоит выполнять, за что отбывают наказание соседки водителя Lexus и как им пытаются передать наколотые апельсины. Два года назад, 18 октября 2017 года, в центре Харькова столкнулись машины Алены Зайцевой и Геннадия Дронова. 20-летняя студентка на Lexus пыталась проскочить перекресток, бизнесмен на Volkswagen Touareg поспешил тронуться с места. После столкновения автомобиль Зайцевой вылетел на тротуар. На улице Сумской погибло шесть человек. Сразу же заговорили: ««мажорка» не будет сидеть». Но она попала в СИЗО, а 27 февраля текущего года суд вынес приговор и Зайцевой, и Дронову: 10 лет за решеткой. Осенью их этапировали в колонии. Геннадий Дронов отбывает наказание в Крюковской исправительной колонии №23 в Полтавской области. Зайцева находится в Покровском исправительном центре №79 в Днепропетровской области. В СМИ сразу же начали писать об «вип-тюрьме». Дескать, там и «люкс», и водопад для релакса, и фитнес-зал. Словом, курорт, а не колония.

«Приехала Зайцева, и мы стали самой лучшей тюрьмой» «Еще летом в новостях писали, какое у нас заведение ужасное, как над женщинами издеваются. Приехала Зайцева — и стали самой лучшей тюрьмой», — иронично замечает начальница исправительного центра Инна Мицюк.

Инна Мицюк работает в учреждении уже 22 года

Она говорит, что выбора у девушки не было. В Украине есть несколько колоний для женщин, а исправительный центр – один. В него попадают осужденные впервые за преступления, совершенные по неосторожности, или за не тяжкие умышленные преступления. Естественно, условия здесь отличаются от тюремных. И речь даже не об отсутствии решеток на окнах. Осужденные могут свободно перемещаться по территории и даже ездить в магазины, они без ограничений пользуются телефонами и интернетом. Правда, речь идет о тех, кого приговорили к ограничению свободы. А в приговоре у Зайцевой — «лишение свободы». Она находится в «секторе для дтпшников». Таким осужденным смартфоны выдают в дежурной части, а гулять можно в небольшом дворике, огражденном стеной с колючей проволокой.

АТОшница и боевая бабуля.

Сейчас с Аленой Зайцевой сидят еще три женщины, совершившие ДТП. У двоих из них похожие истории: сели за руль нетрезвыми, сбили пешеходов. Еще одна – бывшая сотрудница патрульной полиции со статусом участника боевых действий. Она случайно сбила человека в гараже. Во дворике сушатся вещи Зайцевой и ее соседок.

На одном полотенце — принт из сериала о путешествии во времени и пространстве «Доктор Кто»

«Хотите знать, кто к нам попадает? Совсем недавно освободилась боевая бабуля семидесяти лет. Сорок лет проработала ветеринаром, за рулем около тридцати лет. Но получилась так, что она сбила мальчика, он выскочил из-за мусоровоза. Скорость была низкой, удар слабым, «скорую» не вызывали, ребенок сам пошел домой. И сначала никто никаких обвинений не выдвигал, но потом родители (а там неблагополучная семья) сообразили, что им выгоден шум. Бабушке дали три года. Она побыла у нас три недели, Верховный суд ее освободил. Но, говорят, ее опять осудили», — рассказывает Инна Мицюк.

Кровать Зайцевой находится в самом дальнем углу, у стены, у пожарного выхода. Место хорошо просматривается из дверей комнаты
Говорят, что в советские времена здесь был центр по лечению от алкоголизма

Сама Зайцева от разговора отказалась. Ее вывели из сектора, чтобы она даже случайно не встретилась с нами, но мы посмотрели, как она живет. Место далеко не барак, скорее, похоже на общежитие с интерьером: кровать и одна на двоих тумба. Рассчитана спальня на семь человек, но живут там четверо. На стенах, покрашенных в бледный бежевый цвет, нет ни икон, ни картин, ни фото. Порядок, без преувеличения, идеальный. И его, как нельзя лучше, подчеркивают коврики с вышитыми надписями. У одной двери «спальня», у соседней — «комната». Выглядит, это как могильная плита на возможности что-то изменить по своему усмотрению. Ровные ряды стареньких кроватей с металлическими каркасами застелены покрывалами так, что ни складки, подушки расположены на одной линии. На тумбочках нет никаких личных вещей, лишь комнатные цветы, часы. У одной из кроватей лежал, обложкой вверх, раскрытый женский роман в мягком переплете. Логичным дополнением к нему была бы настольная лампа, но, судя по всему, отбой в 22-00 – отбой для всех.

Так выглядит комната для длительных свиданий. Площадь восемь квадратных метров, но рядом есть оборудованная кухня, душевая. К Зайцевой уже приезжала мама, двоюродная сестра, подруга

«Чего только о нас не писали! – отмечает Инна Мицюк. – На одном сайте нашли фотографии из другой колонии, написали, что Зайцева заказала двуспальную кровать. Нам смешно, а люди верят. Я понимаю, что все ожидают увидеть. Даже прокурор у нас переспрашивал: «Это точно она?». На ней обычная одежда, не брендовая. Ходит, как все, не на «Лабутенах». Обычная девочка, только залюбленная родителями». «Вы за нами как тень ходите» Кроме спален в «секторе» есть еще несколько помещений. В одном стены обшиты белой пластиковой вагонкой. Их украшает вышитая икона Богоматери и текст «Отче наш». Рядом, что-то типа стенгазеты. С одной стороны — самодельные открытки, яркие цвета, пожелания: «Улыбнись, в этой жизни всегда есть повод для радости и веселья». С другой — контрастом — ряд типичных грамот: «За участие в конкурсе «А, ну-ка, девушки» и т.д.

Стенд «Наше отделение» явно оформляла женская рука: розовый фон, рамочка из нарисованных цветов

На тумбе стоит среднего размера телевизор с плоским экраном. Напротив — два обеденных стола. Заметим, что осужденные могут отказаться от питания в общей столовой. Полноценный обед не приготовишь, но можно запарить овсянку, разогреть сосиски в микроволновке и т.п.

Столовые ножи прикованы к столам цепочками

Из 83 осужденных так питаются 12, включая Зайцеву. Продукты присылают родственники. Если есть деньги, можно вызвать курьера. Есть и те, кто ездит в супермаркет, но в сопровождении инспекторов. Читайте также В деле Зайцевой-Дронова разгорается новый скандал (документ) «Они возмущаются: «Мы можем сами. Вы за нами как тень ходите». Но мне «дешевле» отправить в магазин сотрудника, чем потом ловить наших женщин по всей Украине. Они быстрые. При другом руководителе были побеги. – признается Инна Мицюк. – Последний раз девушка сбежала в 2014-м, зимой. Искали ее на родине, на Закарпатье, а нашли в ста километрах, у жениха в Запорожье. Она у него нормально пожила месяц, а мы помучились – бегали по морозам». Побеги случаются не только из-за любви. Был случай, когда женщине просто некуда было возвращаться. Она ушла за полтора месяца до освобождения, чтобы ее поймали и посадили еще на пять лет. «Зайцева вышивает сорочки для детского дома» «У нас вышивают вышиванки. Предложили поработать в мастерской Зайцевой, она согласилась. У нас ручная вышивка, не машинная. Дали ей вышить галстук – получилось, кто-то ее учил держать в руках иглу с нитками, — рассказывает начальница исправительного центра. – У нас обязательного труда нет, она могла бы не работать. Но потом приходит время, когда должна наступить льгота. Чтобы получить условно-досрочное освобождение, лучше работать, участвовать в жизни колонии и не нарушать».

Так выглядит спортзал в общежитии для тех, кого осудили к ограничению свободы. Здесь пара тренажеров, четыре комплекта гантелей, несколько скакалок и обручи / фото УНИАН

По словам Инны Мицюк, Зайцева может рассчитывать на минимальную зарплату, но при условии выполнения определенного объема работ (оплата сдельная). При этом, из суммы вычитаются деньги на питание, «коммунальные» и т.д. Кроме этого, виновницы ДТП из зарплаты выплачивают компенсацию семьям потерпевших. О том, какую сумму будут взымать у Зайцевой, пока не известно. Соответствующее постановление из Исполнительной службы еще не дошло. По словам начальницы исправительного центра, Зайцева будет работать сорок часов в неделю. И если будут заказы от покупателей, если они будут сделаны, то зарплата может составлять, примерно, 2000 гривен.

В общей столовой соорудили небольшой фонтан-водопад, журчание воды должно помогать расслабиться

Стоит отметить, осужденные регулярно рассказывают проверяющим, что из зарплаты вычитают слишком много. При этом, швеями устраиваются не все, некоторые работали до прошлого года «кувалдщицами» — разбивали молотками глыбы в карьере. Они жаловались журналистам: «Вкалываем без выходных, с утра и до заката». «Они в 17-40, четко по закону, выходят с работы. А, вот, кто «вкалывает» — мы. Работаем с восьми до восьми… У одной нашей осужденной десть лет назад сгорел дом с паспортом. Ей на свободе он был не нужен, а мы теперь до потолка подпрыгиваем, чтобы документы восстановить. И они нас грязью поливают! Если бы мы разрешали проносить наркотики, то никаких жалоб не было, — возмущается Инна Мицюк. — Недавно пытались передать «наколотые апельсины». Действительно в них вкололи наркотик, мы заметили подгнившее место укола. До этого вкладывали в овощи, разрезали и склеивали. У них голова насчет этого «варит»».

В библиотеке стоит и ряд томов юридической энциклопедии. Выглядят так, словно их никто ни разу не брал в руки

«Они здесь в своем мирке» По закону, осужденные, отбыв треть или половину срока (в зависимости от статьи), могут рассчитывать на смягчение наказания. При соблюдении правил, Зайцева, которая уже отбыла два года из десяти, сможет сменить «сектор» на «общий режим». Быт практически не изменится, но появится возможность свободно пользоваться телефоном, интернетом.

Не все осуждение готовы менять «сектор» на «общий режим»

«Но не все уходят. Они здесь в своем мирке. Там — люди из других социальных слоев, наркоманы, мошенники. Из колоний к нам разные «криминальные таланты» попадают. Была женщина лет пятидесяти, у нее девять эпизодов: руководила группировкой мужчин, квартиры отбирали. В последнем эпизоде люди отказались подписывать бумаги, она их вместе с мужем убила, трупы выбросили в море. Но с ней разговариваешь – божий одуванчик. Никогда не подумаешь, что у нее такая биография», – рассказывает Инна Мицюк. Соседки Зайцевой общались с нами без особой охоты, косились на фотокамеру, просили их ни в коем случае не снимать. Многие заключенные скрывают от родных, что попали за решетку, рассказывают, что уехали за границу на заработки.

К психологу можно прийти и для того, чтобы посмотреть комедию

«Я здесь уже два года, ко всему привыкла, все кажется нормальным. Книги читаем, вышиваем в свободное время. Тяжело из-за того, что не видишь близких, — рассказывала нам одна из осужденных за ДТП со смертельным исходом. – Забыть то, что тогда произошло на дороге, невозможно. Иногда можем поговорить друг с другом о произошедшем, но в душу тут никто ни к кому не лезет. Пересказывать вам наши разговоры с Зайцевой не будем». «Они себя съедают, за то, что произошло. Они не списывают ДТП на то, что «машина сломалась», «так получилось». Винят себя, могут прийти ко мне поплакать, но я понимаю, что им нужно плечо близкого человека», — рассказывает УНИАН психолог колонии Алина Кондрашева.

Зайцева может выйти по УДО, если будет работать и не нарушать

По словам психолога, президента ГО «Золотой век Украины», которая занимается вопросами осужденных, Яны Барановой, условия в Покровске фактически ничем не отличаются от других женских колоний. «Таких бараков как в фильмах уже давно нет. Но это не значит, что женщинам легко жить. Суть не в том, насколько комфортно выглядят их комнаты. Тяжело от того, что нет ничего своего. Это отдельный мир со своими порядками и правилами. Это жизнь в ограниченном периметре, по правилам и достаточно жестким. Осужденные говорили мне, что это как каменная плита, которая давит на тебя изо дня в день», — рассказывает она. «Точка в деле еще не поставлена» Тем временем, адвокаты потерпевших говорят, что точка деле «Зайцевой-Дронова» еще не поставлена. «Совокупная сумма, которую должны выплатить потерпевшим, – 8 млн гривен. И мы прекрасно понимаем, что вопрос возмещения перспектив не имеет. У Зайцевой нет имущества, которое мы могли бы арестовать, мы не можем взыскать деньги с ее родителей – она совершеннолетняя. Мы обратились в страховые компании водителей, но одна потребовала дополнительные документы, вторая не идет на контакт», — рассказала адвокат Лариса Матвеева. По ее словам, на 22 октября назначено заседание, поскольку адвокат Дронова добивается снятия ареста с его автомобиля. Вместе с тем, для потерпевших этот автомобиль — возможность получить хотя бы какую-то сумму. Ведь пострадавшие продолжат тратить большие деньги на лечение, несмотря на то, что с момента трагедии прошло уже два года.

КОММЕНТИРОВАТЬ

Войти с помощью: 
Введите ваш комментарий
Введите ваше имя